36-летний Роман Романенко преодолел рубеж в 100 заброшенных шайб сразу в двух чемпионатах — ВЕХЛ и ОЧБ. Нынче игрок «Бреста» ждет окончания действующего контракта, чтобы попробовать найти себя в новой команде. В интервью Goals.by хоккеист рассказал, как в этом году созрела идея бойкота последней игры и почему бунт все-таки не состоялся. Пожаловался на то, что молодые игроки совсем перестали напрягаться. И поделился своими впечатлениями от участия в любительских турнирах.

— Роман, как настроение после окончания сезона? Чем вы сейчас занимаетесь?

— Настроение не очень хорошее. Какое же оно может быть после такого сезона? Сейчас тренируюсь с «Брестом», поддерживаю форму, готовлюсь к следующему.

— Некоторые хоккеисты в 36 лет уже вешают коньки на гвоздь. А у вас какие планы?

— Пока здоровье, силы и желание есть — поиграю. Буду подкручивать : ).

— В начале сезона вы заявляли, что брестчанам под силу войти в шестерку. В итоге же ваша команда заняла последнее место с отставанием от зоны плей-офф в 10 очков…

— Все знают, какие у нас неурядицы были в этом году. Я думаю, в этом главная причина. И ведь желание у хоккеистов было, но на одном хотении выступать тяжело. Играть долгое время пришлось без денег. Соответственно, настроения не было, руки опускались сами собой...

— К слову, недавняя история с несостоявшимся бойкотом заключительного матча «регулярки» против «Металлурга» наделала много шума. Как возникла идея бунта?

— А что нам оставалось делать? Мы просто хотели открыть людям глаза на ситуацию в «Бресте», чтобы общественность узнала обо всем. Все же думали, что у нас все хорошо. Никто не знал про наше финансовое положение. Хоть чуть-чуть шум подняли.

— И все игроки поддержали своего капитана и опытного Вадима Новицкого?

— Да, никто в отказ не пошел.

— Почему же решение о бойкоте, все же, было отменено?

— Мы вышли на матч только потому, что нас попросил главный тренер. Он же в этой ситуации не был виноват. Да мы и сами прекрасно понимали: если не выйдем, то в первую очередь подставим Александра Яковлевича. А ему еще тренерскую карьеру продолжать. Не хотели тренера подводить.

— А как отреагировал на эту ситуацию сам Александр Гавриленок?

— О бойкоте он знал изначально, мы его предупредили. А когда все-таки вышли на матч, поблагодарил за характер.

— Заседание суда по вашему делу было назначено на 29 февраля, потом было перенесено. Судебные тяжбы продолжаются?

— Да, было уже два заседания. Мне заплатили только за октябрь. По остальным месяцам задолженность остается непогашенной до сих пор. 29 марта состоится третье заседание суда.

— Если у «Бреста» такие проблемы с финансами, как можно объяснить недавнее появление нового клубного автобуса?

— Об этом лучше побеседуйте с руководством. Видимо, это не клубные деньги и даже не областные. Скорее всего, это помощь государства.

— Также, несмотря на трудности, удалось подписать легионеров из Чехии и Словакии — Шурека, Пукаловича и Кадлеца…

— Знаете, руководство мне о своей трансферной политике не докладывает, об этом вам тоже лучше переговорить с ними. Но, думаю, проблемы с зарплатой имелись и у иностранцев, так как на предложение бойкотировать последнюю игру они тоже откликнулись и никто из них отказываться не собирался.

— В Витебске и Новополоцке у игроков не хватало клюшек и коньков. У вас не дошло до такого?

— Небольшие проблемы существовали и в этом плане, но не такие, как в «Витебске». У меня же лично проблем с клюшками не было — как-то выкручивался, находил инвентарь.

— Глава Брестского облспортуправления Николай Хевук назвал вас и Новицкого «заурядными хоккеистами, которые метаются из клуба в клуб и выпрашивают себе деньги». Как вы отреагировали на эти слова?

— Сначала хотел сделать ответный шаг, но потом меня переубедили люди, заверив, что он такого не говорил. Все знают, что те слова, написанные прессой, — сущая неправда.

— Вы отмечали, что генеральный директор «Бреста» Вадим Драчев попустительски относится к клубу, не приходит на тренировки, не обращает внимания на игроков. Сам же он заявлял, что никаких разногласий у него с хоккеистами нет, а с вами лично он здоровается за руку...

— Поймите, это две точки зрения — моя и его. Каждый видит ситуацию по-своему, у каждого своя правда. Золотой середины мы не нашли, вот и получился у нашей команды такой сезон.

— В прошлом году был случай, когда Вадим Драчев предлагал теперь уже экс-хоккеисту «Бреста» Виталию Клименкову выйти с ним «на разы». Не было ли в ваш адрес такого предложения?

— Нет, на такое он не решился.

***

— Говорят, гродненский губернатор Семен Шапиро – фанат хоккея. А какое отношение к хоккею у губернатора Брестской области Константина Сумара?

— А я его даже не знаю. На хоккейных матчах губернатора я не замечал, не говоря уже о раздевалках.

— Неужели в этом году в брестском хоккее все стало настолько плохо, что и основная команда, и фарм-клуб заняли места в самых подвалах турнирных таблиц Экстралиги и Высшей лиги?

— Плохо, очень-очень плохо. Даже не знаю, что в следующем сезоне с командой будет. Посмотрим осенью, изменится ли что-нибудь. По сравнению с прошлым сезоном, когда мы вышли в плей-офф, состав клуба очень сильно изменился в межсезонье. Молодые ребята пришли — они-то и пас толком отдать не могут. Пришлось играть совсем по-другому.

— Тяжело было найти на льду взаимопонимание с молодежью?

— Вроде нет, нормально все было. А кто сказал, что я молодым в чем-то там уступал и «ползал» :)? Я все наравне с ними делал и не думал сдаваться.

— Кстати, о молодежи. Перед началом сезона в ОЧБ ввели возрастной лимит, расчищая дорогу подрастающему поколению. Алексей Крутиков назвал эти меры полным абсурдом. Каково ваше мнение?

— Аналогичное, полностью согласен. В каком чемпионате вы такое видели или слышали? Нигде такого нет. Всегда был естественный отбор: если ты сильнее старика, будешь играть. Наш лимит — это такой бред! Это все искусственные меры. Если ты молодой, значит, по-любому в составе. Они даже не напрягаются. Знаете, какая у них логика: «Ай, зачем мне бегать, мучиться, я еще молодой, покатаюсь спокойненько и все». Ну, куда они расти будут? Может, только вниз.

— Не боитесь в следующем сезоне из-за лимита остаться без команды?

— Честно, я не боюсь совершенно. Если у нас такие руководители... Ай, жизнь покажет. Мне кажется, что ничего путного из этой затеи с лимитом не получится.

— Какие отношения у вас были с молодежью?

— Я бы сказал равноправные. Конечно, мог на правах старшего товарища и подсказать, и грубовато выразиться, если кто-нибудь действительно что-то не так делает. Но просто так кричать на человека я не буду.

***

— По амплуа вы – нападающий, но в ряде игр этого сезона вам приходилось действовать на позиции защитника. Форвардом уже тяжело играть?

— Я вас поправлю — не в «ряде игр», а на протяжении всего чемпионата я играл защитника. Это была просьба главного тренера, хотя мог бы сыграть и форварда. И в заявочном списке, кстати, я шел как нападающий. Но, думаю, в защите я обедни не испортил. В матче с «Металургсом» даже покер оформил. Причем бросал не от синей линии, а просто грамотно подключался к атакам. Меня ребята хорошо пасом в зоне находили, и мне оставалось только попасть не во вратаря. Так и забрасывал.

— В этом сезоне вы стали лидером «Бреста» не только по набранным очкам и заброшенным шайбам, но и по штрафному времени. Стали более вспыльчивым?

— Наверно, да. В конце чемпионата начал много удаляться. Обстановка эта вся накаленная, знаете, психи брали, вот нервишки и зашкаливали часом.

— В середине прошлого десятилетия вы проходили просмотр в тольяттинской «Ладе», однако войти в ее состав не получилось из-за лимита на легионеров. Больше не предпринимали попыток устроиться за рубежом?

— Я хотел уехать в Европу даже перед началом этого сезона. Поступили предложения из Германии и Чехии. Ждал-ждал, но, в конце концов, не срослось, и я остался. Есть варианты и на следующий год. Вообще, думаю, что останусь в Беларуси только в самом крайнем случае. Просто вы сами видите — мы здесь никому не нужны. Значит, надо уезжать. А ведь мы, старики, могли бы молодым еще что-то передать. Если руководство нашей федерации думает, что они сами всему научатся, — ради Бога.

— Почему один из лучших бомбардиров в истории чемпионатов Беларуси так и не был востребован в сборной?

— Я приезжал в главную команду страны на Кубок Полесья, на турнир в Швейцарию ездил с ней. А толку? Как можно попасть в сборную, играя на товарищеских турнирах в третьих-четвертых звеньях? Выходишь в меньшинстве, откатаешь 30-40 секунд и смена. Если бы давали больше времени, я обязательно постарался бы себя зарекомендовать. Сейчас такое чувство складывается, что меня просто для «галочки» вызывали как игрока своего первенства.

***

— Недавно состоялся матч с участием любительских команд Брестской и Минской областей, в котором ваша дружина одержала убедительную победу.

— Я уже второй год участвую в этом турнире. Тем более, здесь я играю в нападении, на привычной позиции. Кроме этого, выступаю еще за команду президента.

— И тренируетесь с ней?

— Постоянно в тренировочном процессе я не задействован. Когда нужно, меня вызывают по телефону. В основном, перед турнирами.

— Участие в Рождественском турнире, который проходит в разгар сезона, не сказывается на физической форме?

— Я хочу сказать, что там совсем нелегко, спустя рукава не покатаешься. В некоторых командах, приезжающих на этот турнир, есть очень сильные мастера, против которых довольно тяжело бороться. Эти игроки у себя в странах тоже тренируются, участвуют в любительских чемпионатах. У них очень хороший уровень. Поскольку жесткая силовая игра на этих турнирах запрещена, приходится делать упор на «физуху». А с ней практически у всех команд полный порядок.

— Но ведь по регламенту профессионалы не имеют права принимать участия в этом турнире.

— Да, но, видимо, есть какой-то лимит, какая-то договоренность, по которой такая возможность допускается.

— Кстати, на одном из последних Рождественских турниров случился скандал. Россияне пожаловались судьям, что у белорусов много профи в составе...

— Нет, я от вас первый раз такую информацию слышу, честное слово. Наверное, «утка», сейчас много такого.

Вадим КНЫРКО